Томос. Самоубийство Московского Патриархата в Украине

ануфры

После демарша Московского Патриархата в Украине (далее — МПУ), когда его архиереи отказались встречаться с президентом Украины, многие аналитики попытались и пытаются ответить на вопрос «Почему?». Ведь, по их мнению, такое поведение алогично и непонятно. Действительно, событие вызывает очень много вопросов, если его рассматривать отдельно от всего комплекса действий, которые совершил МПУ в течение последних 4-5 лет. Но именно в этих действиях «скрыта» логика всего того, что сегодня происходит с этой религиозной группой — сознательное осуществление собственного самоубийства. Поэтому в этой статье мы попробуем восстановить ход событий и, собственно, проанализировать логику этого процесса самоуничтожения.

По нашему мнению, процесс самоуничтожения был запущен еще в далеком 1992 году, когда практически все архиереи Украинского Экзархата РПЦ отказались от курса на автокефалию и согласились на весьма сомнительный статус «самоуправляемой» «Украинской Православной Церкви» (далее — УПЦ), так как подобного статуса Вселенское православие не знает, здесь есть только поместные или автономные православные церкви. Реально УПЦ осталась прежним экзархатом с немного большими правами, ибо решения синода, архиерейского или поместного собора РПЦ, были для нее обязательными. Именно поэтому, выполняя приказы Москвы, руководство МПУ (УПЦ) вместо диалога со вновь Украинской Автокефальной Православной Церковью и Киевским Патриархатом, что было вполне логично в украинских реалиях, пошло по пути жесткой конфронтации. Апогеем подобного пагубного подхода была не только открыто политическая анафема, наложенная на Патриарха Филарета в 1997 году, но и антиканоническое непризнание крещения (как и всех других Тайн), совершенного в Киевском Патриархате или УАПЦ. Особенно интересно, что конфронтация, которую разжигал Московский Патриархат, происходило на фоне стремительного интенсивного роста реальных приходов Киевского Патриархата и увеличения численности его верующих, а также многократных попыток УПЦ КП (и УАПЦ) начать диалог с МПУ.

Из-за отсутствия явных межгосударственных обострений, главе МПУ, покойному митрополиту Владимиру (Сабодану), некоторое время как-то удавалось затормозить процесс самоубийства своей религиозной структуры, сделать его несистемным, мозаичным. Под его влиянием, даже открытому стороннику «русского мира», митрополиту Антонию (Паканичу), удавалось носить маску «демократа и либерала». Однако руководство Московского Патриархата (далее МП) делало все возможное, чтобы нивелировать эти слабые ростки здравого смысла. Здесь стоит вспомнить отстранение от руководящей должности в МПУ архимандрита Кирилла (Говоруна), который был последовательным сторонником диалога, ликвидацию процесса переговоров с УПЦ КП, который начался в 2004, а также последовательная травля и попытки отстранения от всех должностей митрополита Александра (Дробинко). Кроме того, МП под разными предлогами наполнял МПУ своими пророссийскими кадрами и лелеял подобные настроения достаточно большой части своего епископата и священства в Украине. В общем, не вдаваясь в детали, надо признать, что еще задолго до открытого конфликта между Россией и Украиной МП открыто игнорировал потребности большинства украинского общества в мижюрисдикцийном диалоге, направляя МПУ на путь конфронтации и обособленности.

Катализатором и лакмусом процессов распада, которые происходят в МПУ стали события 2014, когда Российская Федерация аннексировала Крым и начала войну на Донбассе. Именно эти события стали «перекрестком» для украинской структуры Московского Патриархата, ибо перед ней возникла проблема выбора: или, ссылаясь на свою «самостоятельность в управлении», занять патриотическую государственную позицию; или открыто выразить свою поддержку российской агрессии.

Здесь следует отметить, что весной 2014 началась стремительная поляризация украинского общества, когда большая часть обнаружила очевидные проукраинские патриотические и государственные настроения. Из-за действий руководства Российской Федерации и их открытой поддержки со стороны Московского патриарха Кирилла доверие и позитивное отношение к Московскому Патриархату начали стремительно падать. Поскольку этот процесс показывал прогрессивную динамику, даже некоторые российские церковные аналитики предлагали МПУ занять позицию святителя Николая Японского во время Русско-японской войны 1904 — 1905 гг., когда он остался со своей паствой в Японии, однако в общественных богослужениях участия не принимал, но призвал свою японскую паству «выполнить свой долг в отношении своей Родины (Японии — авт.)». Таким образом, пророссийским архиереям и священникам было «предложено»: или уехать в Россию, или отойти от публичного служения. Это, по мнению тех же экспертов, позволило бы сохранить определенное доверие к МПУ (УПЦ) в достаточно широких слоях украинского общества.

Однако вскоре после смерти митрополита Владимира Сабодана (+05.07.2014) МПУ окончательно встал на пророссийский путь. Главой этой церковной институции был избран сторонник «русского мира» митрополит Онуфрий (Березовский), а руководящие органы были лишены даже декоративного присутствия демократического элемента. В частности, без каких-либо должностей, которые могли влиять на церковную политику и медиа, остался митрополит Александр Дробинок и многолетний пресс-секретарь МПУ прот. Георгий Коваленко. Также в меньшей или большей степени пострадали и некоторые проукраинские священники, особенно те, которые были публичными лицами (подавляющее большинство из-за несогласия с деятельностью МПУ перешло в УПЦ КП или УАПЦ).

Если мы проанализируем политику и заявления руководства МПУ после лета 2014, то увидим, что все они отражают взгляды очень небольшой и наиболее российско-консервативной прослойки общества. При этом полностью игнорируются желания большинства православных украинцев относительно патриотической позиции и единства православия, которые, согласно практически всем социологическим данным, устойчиво растут с 2014 г. и до сегодняшнего дня. Естественно, что такая позиция вызвала не только исход большого количества верующих (сегодня количество православных, которые признают себя верующими МПУ, значительно проигрывает соответствующему количеству верующих Киевского Патриархата), а и вызвало цепную реакцию публичных скандалов, где фигурантами были именно архиереи и клирики этой юрисдикции. При этом, по нашему мониторингу, количество подобных случаев за период 2014 — осени 2018, превышает аналогичные показатели 2000-2014 гг. Кроме того, МПУ системно провоцировало украинское общество различными «крестными ходами», «молитвенными стояниями» и т.д., акциями под пророссийскими и антиукраинскими лозунгами. Но этого руководству МПУ было явно недостаточно, поэтому некоторые его архиереи последовательно выступают с откровенно антигосударственными призывами. Здесь стоит вспомнить высказывание наиболее одиозных фигур: наместника Киево-Печерской лавры, митрополита Павла (Лебедя) и епископа Логина (Жара), которые вместо осуждения за «политическое православие» получают всестороннюю моральную поддержку главы МПУ митрополита Онуфрия.

Кроме того, еще задолго до того, как Московский Патриархат разорвал общение с Константинопольским Патриархатом, в МПУ находились чуть ли не самые крупные очаги критики действий и политики Вселенского патриарха Варфоломея.

 

Так, если мы обратимся к тому «богословию», которое исходило из Киево-Печерской, Почаевской, Донецкой Свято-Горской лавр и Вознесенского Банченского мужского монастыря, как минимум, 2000-2016 гг., то увидим уничтожающую критику религиозного курса и действий Вселенского Патриархата именно с позиций крайнего российского православного консерватизма, а эпитеты, которыми эти представители МПУ «награждали» Патриарха Варфоломея, были аналогичны тем, которые сегодня звучат из уст руководителей Московского Патриархата. Очень существенно, что едва ли не самым главным критиком был заместитель Банченского монастыря, епископ Логин (Жар), так как это происходило в епархии, которой до лета 2014 г. руководил нынешний глава МПУ митрополит Онуфрий (Березовский). В своем российском консерватизме и безнаказанности со стороны руководства МПУ епископ Логин дошел даже до непоминания патриарха Кирилла из-за его встречи с папой Франциском (в чем после покаялся в Москве). А жесткие заявления о невозможности участия и уже предыдущем непринятии решений Всеправославного собора озвучивались в МПУ задолго до того, как синод Московского Патриархата принял решение о его игнорировании.

Таким образом, как мы видим из выше изложенного, МПУ как минимум с лета 2014 г. не просто шел в фарватере церковной политики Московского Патриархата, а даже был впереди него в плане распространения русского консервативного мышления. При этом, по нашему мнению, все действия МПУ уложились в очень системную цепь: приход к власти пророссийских консерваторов — максимальное обострение отношений с УПЦ КП и УАПЦ (здесь наиболее показательное непризнание крещения, совершенного «раскольниками», хотя, согласно православным канонам, окрестить имеет права даже мирянин, священник только дополняет подобное крещение. Сам Московский Патриархат признает крещение даже католиков и протестантов); принципиальное игнорирование потребности общества в единстве и диалоге — провоцирование общества определенными заявлениями и действиями. Неудивительно, что все социологические опросы показывают устойчивую динамику скатывания МПУ на обочину, постепенное превращение ее исключительно в «церковь пророссийского меньшинства». Именно в таком состоянии находился МПУ, когда президент и государственные институты поддержали стремление большинства православных верующих в Украине вылечить рану разделения путем получения Томоса об автокефалии из рук Константинопольского Патриарха.

Естественно, что никто не ожидал, что современное руководство МПУ поддержит процесс создания единой Поместной Православной Церкви в Украине. Однако, как отмечает большинство аналитиков, было бы вполне логично, если бы они активно включились в дискуссионный процесс и хотя бы попытались донести свою позицию как собственным верующим, так и властям, и обществу. Но, по нашему мнению, такое поведение явно бы «выпадало» из выбранной ими пророссийской позиции и системной политики враждебности ко всему украинскому. Именно поэтому был выбран путь безусловной поддержки московской позиции как в вопросе предоставления Томоса об автокефалии, так и отделения от Константинопольского Патриархата и вообще большинства Вселенского Православия. Ведь, несмотря на призыв Московского Патриархата, даже его союзники не разорвали евхаристического общения со Вселенским Патриархом. При этом своеобразной «точкой невозврата», полностью системной, на пути к самоубийству стал демарш архиереев МПУ по отношению к президенту Украины, совершенный 13 ноября 2018 г.

В общем контексте, если анализировать новую религиозную историю Украины (и России), во встрече президента с архиереями любой юрисдикции нет ничего необычного. Так, 15 октября 2018, состоялась встреча членов Священного Синода РПЦ с президентом Беларуси А. Лукашенко. При этом ни один архиерей Московского Патриархата не возмутился, что эта встреча проходила «на территории президента» — в его минской резиденции. При этом следует учитывать, что в Беларуси действует только экзархат РПЦ, а с его «белорусского» епископата только митрополит-экзарх Павел (Пономарев) является членом Синода.

Поэтому представляется весьма странным, что практически все архиереи МПУ (УПЦ), которые являются гражданами Украины и служат на ее территории, не просто проигнорировали приглашение президента, а также начали ставить свои условия для встречи. Тем более, что, во-первых, они сами раньше постоянно говорили о «нежелании президента выслушать их мнение»; во-вторых — никто не собирался их принуждать к каким-то действиям в поддержку автокефалии. Так что же на самом деле произошло?

Некоторые аналитики выделяют гипотезу, что руководители МПУ, прежде всего митрополиты Онуфрий (Березовский) и Антоний (Паканич), боялись откровенного разговора «своих архиереев» с президентом Украины, так как «он мог их убедить принять участие в создании единой Поместной Церкви». Действительно, это утверждение не лишено смысла, так как под влиянием аргументов президента могла возникнуть внутренняя дискуссия архиереев МПУ, которая пошатнула бы тезис ее руководителей о «едином мнении епископата по вопросу автокефалии». Однако есть и определенные неоспоримые аргументы, которые могут поставить эту гипотезу под сомнение:

Дискуссия, насколько это просочилось в СМИ, возникла и без присутствия президента, во время закрытого архиерейского собора МПУ. А три архиерея, несмотря на позицию митрополита Онуфрия, все же встретились с президентом Украины.

Антиавтокефальная и антиконстантинопольская аргументация как МПУ, так и Московского Патриархата в целом хорошо известна. Также хорошо известны аргументы в пользу автокефалии украинского православия, которую неоднократно озвучивали представители украинской власти и, прежде всего, президент Украины Петр Порошенко. Поэтому бы ничего принципиально нового на этой встрече, как для президента, так и для архиереев МПУ не прозвучало.

Поляризация взглядов архиереев МПУ (УПЦ) на автокефалию и создание единой Поместной Православной Церкви в Украине известна. Поэтому ничего не мешает президенту Украины, представителям его администрации частным образом работать с отдельными представителями епископата МПУ. При этом такие переговоры могут (и, скорее всего, происходят) вне контроля митрополита Онуфрия (Березовского) и других пророссийских руководителей МПУ.

Таким образом, по нашему мнению, демарш МПУ (УПЦ) 13 ноября 2018 года был системной составной частью плана Московского Патриархата (и, собственно, руководства Российской Федерации) по преобразованию этой структуры в надежную пророссийскую «пятую колонну» в Украине. Этот план, скорее всего, был принят в Москве еще в 2014 г., когда там увидели патриотический подъем украинцев, в том числе, «русскоязычных», на которых Россия имела надежду как на своих потенциальных союзников. Таким образом, МПУ через приказы руководства Московского Патриархата (читай — Российской Федерации) начиная с 2014 года последовательно и системно пытается избавиться от всего, что может помешать ей быть верным союзником Кремля в Украине. Даже борьба за храмы идет не из-за страха потерять верующих, а исключительно из-за желания оставить себе в собственности (пользовании) ликвидную и прибыльную недвижимость в Украине.

Нам могут возразить: а почему самоубийство (самоуничтожение), если архиерейский собор МПУ и ее епархиальные собрания выражают поддержку именно политике и курсу Московского Патриархата?

 

По нашему мнению, «общая поддержка решений и курса Московского Патриархата», прежде всего, обусловлена «переходным состоянием» украинского православия. Ведь пока неизвестна ни структура новой Поместной Церкви, ни ее устав, ни распределение епархий. Кроме того, ни епископам, ни священникам МПУ пока просто некуда переходить, поскольку новая объединенная каноническая Православная Церковь возникнет только после объединительного собора 15 декабря 2018 г. Кроме того, многие в МПУ перед тем, как сделать определенные шаги, хотят увидеть прочность и единство новой структуры. Поэтому не исключено, что процесс перетекания большинства архиереев и священников МПУ в новую поместную Православную Церковь в Украине может занять несколько лет.

Противопоставляя себя большинству украинского общества, лишенная «эксклюзивной каноничности», МПУ постепенно, но очень уверенно, скатывается на уровень «духовно- политического обеспечения» пророссийского меньшинства в Украине. Но это меньшинство с каждым антиукраинским шагом России реально лишается своих адептов. Граница электоральных симпатий бывшей «Партии регионов», представители которой безусловно поддерживают МПУ, все больше и больше откатывается на восток, снижаясь в геометрической прогрессии. Кроме того, даже оппозиционно настроенные к нынешней власти политики, которые декларируют свой «украинский спектр», никогда не будут игнорировать электоральные симпатии большинства, которое поддерживает создание единой Поместной Православной Церкви в Украине.

К этому следует добавить и последнее заявление Константинопольского патриархата, которое показывает, что после объединительного собора и создания Поместной Православной Церкви в Украине руководитель МПУ митрополит Онуфрий (Березовский) будет канонически лишен титула «Киевского митрополита». Поэтому реально высказать гипотезу, что и другие архиереи МПУ после Томоса будут лишены своих титулов, которые копируют титулы канонических архиереев новой автокефальной Церкви. Кроме того, их деятельность на территории другой Поместной Церкви будет незаконной, что, в свою очередь, предполагает канонические санкции со стороны Вселенского Православия, которые, безусловно, будут инициированы Поместной Православной Церковью в Украине и поддержаны Константинопольским Патриархатом.

Итак, что же ждет МПУ в будущем?

Это будет структура Московского Патриархата, которая незаконно находится на чужой канонической территории. Титулы ее архиереев не признаются, как минимум, большинством Вселенского Православия, поэтому они находятся в состоянии обструкции (раскольников), с ними не будут служить архиереи других юрисдикций (Московский Патриархат не считаем). Паства будет постоянно уменьшаться, поскольку даже последние годы показали уменьшение пророссийских настроений в Украине. На этом фоне МПУ будут оставлять священники, прежде всего приходские, также и часть архиереев. Не будет в стороне и Россия, которая примет к себе наиболее «перспективных» архиереев и священников, а часть наиболее «бело-имперских» перетянет к себе РПЦЗ. Также, если православные украинцы начнут «голосовать ногами», и из-за юридических моментов раньше или позже МПУ будет вынуждена уйти из Киево-Печерской и Почаевской лавр, большинства исторических храмов. Можно прогнозировать, что дальнейшая судьба МПУ — это маргинальная, полностью изолированная от Вселенского Православия структура, даже невидимая на религиозной карте Украины, ее ждет практическое исчезновение. Это будет логический результат той системной политики самоубийства, которая была запущена МПУ с подачи Москвы.

прот. Сергей Горбик

Дорогие читатели! Krynica.info является волонтерским проектом. Наши журналисты не получают зарплат. Вместе с тем работа сайта требует разных затрат: оплата домену, хостинга, телефонных звонков и прочего. Поэтому будем рады, если Вы найдете возможность пожертвовать средства на деятельность христианского информационного портала. Перечислить средства можно на телефонный номер Velcom: +375 29 6011791. По интересующим вопросам обращайтесь на krynica.editor@gmail.com




Блоги