Белорусские православные священники и украинская автокефалия

ztl_11-ATV_8515

После опубликования решений ноябрьского Священного Синода Константинопольского патриархата и декабрьского объединительного  собора украинского православия, результатом которого было создание канонической Православной Церкви Украины, в медиапространстве появилось много статей, информации и сообщений об отношении белорусских православных (читай — Белорусского экзархата Русской Православной Церкви) к этим событиям. Естественно, что они последовательно доказывали только одну позицию — Московского Патриархата. И тут маскировка под внутренним названием «Белорусская Православная Церковь» не должна вводить в заблуждение, так как подобной Православной Церкви вообще не существует как в каноническом вселенском православии, так и среди непризнанных Православных Церквей мира.

Однако 23 декабря на сайте «Крыніца» появилось письмо-статья за подписью некоего Николая Рыбаковского «Настроения белорусских священников на фоне украинских событий», который, опираясь на мнения закрытой Viber-группы «Клир БПЦ», делает следующий вывод: «ярого национализма нет, серьезного движения за автокефалию нет, протеста достаточно много, сплетен еще больше, ну и добрых человеческих чувств тоже достаточно». Данный материал активно распространяется на различных медиа-ресурсах как пример взгляда «белорусского православного священства» на автокефалию через призму украинских событий. Именно последний факт заставил нас дать конкретные комментарии, которые могут заинтересовать белорусских и зарубежных читателей. Сразу замечу — через определенный круг контактов автора они также могут считаться достаточно субъективными, так как возникли через научные и личные контакты с белорусскими священниками РПЦ, которых не очень беспокоили как политические взгляды автора, так и прочное священство в «неканонической» украинской православной юрисдикции.

Феномен демократического православия в Беларуси

Не вдаваясь в исторические исследования, должны сразу отметить тот факт, что в Беларуси уже с конца ХIV в. православие оказалось в условиях поликонфессиональности. При этом межконфессиональные браки не только знати, но и мещан и крестьян, были делом привычным. Даже в условиях «государственного православия» Российской империи и официальной пропаганды вражды к другим конфессиям, здесь сохранялась религиозная толерантность подавляющего большинства населения. Такой феномен в отличие не только от России, но и соседней Украины существует по сей день. Поэтому, несмотря на многолетние отрицательные заявления Московского Патриархата об «украинских раскольниках», никакого реального влияния не только на большинство православных верующих, но и на разумное белорусское священство они не сделали. У автора этих строк были и есть прочные контакты с белорусскими православными священниками, которые никогда не выражали враждебности к Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата или Украинской Автокефальной Православной Церкви. Понятно, они не хотели «нарываться на неприятности», активно афишируя свои взгляды и контакты, но были даже примеры, когда священники Белорусского экзархата РПЦ без проблем сослужили со своими родственниками или старыми друзьями из УПЦ КП и УАПЦ в Украине. Скажу больше, в частных беседах на конференциях или в социальных сетях священники БЭ РПЦ сразу и без проблем переходили на белорусский язык.

Вообще, демократизм Белорусского Экзархата РПЦ не только в языковом вопросе служения и проповеди, но и в отношении Белорусской Автокефальной Православной Церкви (правда, старой ее формации к 2008 году), к католикам обоих обрядов, шокировал не только представителей Московского Патриархата в Украине, а и даже моих друзей из УПЦ КП и УАПЦ.

Понятно, в Белорусском Экзархате пытаются проводить политику «русского мира», даже существует определенное количество его адептов среди архиереев, священников и верующих, но глобального влияния на сознание большинства приходских священников они явно не создают. Именно поэтому мои собеседники из числа клира БЭ РПЦ не видели ничего трагического в создании единой Православной Церкви Украины и предоставления ей автокефального статуса Константинопольским патриархатом. Общий рефрен был следующим: «Это Москва возмущается, а нам нечего делить и воевать ни с Константинополем, ни с Украиной (ВТО)».

По нашему мнению, в Беларуси сложилось парадоксальное положение, когда имперская модель РПЦ МП, имея в Беларуси монопольное положение, оказалась совершенно чуждой православным белорусам из-за национального менталитета и исторических обстоятельств. Фактически, в подобных условиях, желание клириков БЭ РПЦ отделиться от Москвы должно достаточно сильно проявляться. Собственно это и произошло несколько лет назад, когда на собраниях духовенства новый экзарх, митрополит Павел (Пономарев) предложил просить большую автономию и получил безоговорочную поддержку присутствующих. Но на сегодня, если брать во внимание упомянутую выше статью, подобная поддержка автокефалии отсутствует. Встает логичный вопрос: почему так происходит? И здесь мы должны учитывать несколько факторов.

Политико-религиозные реалии и особенности священнического служения

Не секрет, что политический режим в Беларуси далеко не демократичен, что нашло свое воплощение и в религиозном законодательстве. При этом Московскому Патриархату предоставлено господствующее положение, когда даже теоретически зарегистрировать какую-нибудь структуру со словом «православная» без его согласия невозможно. Государству в этом случае абсолютно безразлично, является ли эта община представителем «альтернативной» или «канонической» Православной Церкви, а о желании БЭ РПЦ иметь «конкурентов» говорить вообще бессмысленно. К этому нужно добавить тот факт, что последние полтора-два года Московский Патриархат достаточно жестко контролирует не только любые «автокефальные тенденции», а даже обычную критику со стороны клира в бывших республиках СССР. Примером подобного контроля и жесткой реакции со стороны высших руководителей РПЦ является запрет в служении бывшего клирика Белорусского экзархата А. Шрамко, который достаточно невинно посмел покритиковать Московского патриарха Кирилла, но никогда не высказывал никаких автокефальных симпатий.

И вот тут мы подходим к главному вопросу — особенности священнического служения.

Для нормального священника его сан и служение не являются обычной профессией. Это призвание, которое в дальнейшем приобретает реальные формы в получении соответствующего духовного образования и священству. Потом наступает время рукоположения в сан диакона, а через некоторое время — в священника. При всех благоприятных условиях путь от поступления в духовную семинарию до рукоположения длится не менее 5-6 лет, так как, если будущий священник не хочет быть монахом или целибат, ему еще нужно найти свою любовь и вступить в брак. Последнее достаточно проблематично быстро сделать семинаристам из-за закрытого характера духовных учебных заведений. Кроме того, духовная жизнь священника требует регулярного участия (или собственного совершения) богослужения, которое требует присутствия верующих. Вообще, наличие общины (прихода) — это обязательный элемент священнического служения. Даже священники, которые заняты административными церковными делами или преподают в духовных заведениях, приписываются к приходу, где и совершают именно священническое служение. И это при том, что мы предусматриваем пребывание священника в какой-либо юрисдикции, где есть действительный архиерей.

Тоже должны учитывать, что на сегодня большинство священников поступили в семинарию после школы или, в некоторых случаях, после службы в армии. Это значит, даже во время наиболее раннего рукоположения (23-25 ​​лет), уже имея семью, они не обладают никакой светской специальностью.

А теперь предлагаю задуматься: что ждет священника, который открыто начнет выражать симпатию или поддерживать идею автокефалии Православной Церкви в Беларуси или деятельность Константинополя в Украине? Тем более, что даже в «закрытых» группах никто не застрахован от контроля спецслужб и обычного доноса «доброжелателей» правящему архиерею, руководству Белорусского Экзархата или непосредственно в Москву.

Первое, о чем можно говорить с большой долей вероятности, священник, сторонник автокефалии, подпадет под санкции со стороны Белорусского Экзархата. Скорее всего, он будет лишен права служения на определенное время, что фактически лишит его средств к существованию. Подобное наказание, если нет «покаяния», может продолжаться достаточно долго, практически неопределенный срок. На что должен жить и как растить семью священник, который не имеет никакой другой специальности, в условиях массовой безработицы в Беларуси? Вопрос скорее риторический.

Но допустим: священник оказался с сильным характером и убеждениями. Он не «покаялся», не смирился, а начал обжаловать свое наказание. Единственная инстанция, которая реально может ему помочь — Константинопольский патриархат, который исторически имеет право «последнего слова» во вселенском православии, правда, Московский патриархат этой привилегии не признает. Поэтому в современных условиях, опираясь на украинские прецеденты, подобному священнослужителю выдадут грамоту о приеме в клир Константинопольского патриархата. И тут, как говорится, «государство вступает в игру».

Даже имея все полномочия и легитимный статус как клирик Вселенского Патриархата, похожий священник никогда не сможет официально зарегистрировать приход, построить храм и легально проводить богослужение. Ведь, как мы уже отмечали выше, религиозное законодательство Беларуси просто не дает ему такой возможности, а нелегальная деятельность даже в собственной квартире или доме будет жестко наказываться штрафами (подобные примеры традиционно занимают «достойное» место в отчетах белорусских правозащитников). Реально мы возвращаемся к первоначальной проблеме — священник снова останется без средств на существование, но еще и с необходимостью платить достаточно большие штрафы.

Выводы

Подытоживая все выше изложенное, можно с уверенностью утверждать: ни один священник Белорусского Экзархата не будет публично, в том числе в социальных сетях и каких-то группах, высказывать свое реальное положительное отношение к автокефалии, объединительному собору украинского православия и т.д. Поэтому делать какие-то выводы, даже опираясь на разговоры в закрытой Viber-группе, как минимум некорректно. Остался единственный вопрос: для чего была написана статья Николая Рыбаковского?

По нашему мнению, главной целью автора было показать православным белорусам, в том числе и определенной части священников БЭ РПЦ, что большинство клира не поддерживает ни белорусский патриотизм, ни предоставления автокефалии белорусскому православию. В головы несогласных с позицией РПЦ МП закладывается мысль — вы меньшинство, поэтому должны молчать. Но даже если священников, сторонников автокефалии, в Беларуси действительно пока мало, следует вспомнить слова Христа: «Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство» (Лк. 12:32).

прот. Сергей Горбик

Дорогие читатели! Krynica.info является волонтерским проектом. Наши журналисты не получают зарплат. Вместе с тем работа сайта требует разных затрат: оплата домену, хостинга, телефонных звонков и прочего. Поэтому будем рады, если Вы найдете возможность пожертвовать средства на деятельность христианского информационного портала. Перечислить средства можно на телефонный номер Velcom: +375 29 6011791. По интересующим вопросам обращайтесь на krynica.editor@gmail.com




Блоги